Разрыв между уверенной ранней школой и эпохой ЕГЭ. Здесь произошла реформа Колмогорова — но важнее то, что случилось с самими учебниками: их переписали, откатили назад — и вернулось уже не то, что было до.
Между ранним СССР (глава II) и эпохой ЕГЭ лежит долгий и неоднородный отрезок — поздний СССР. Уверенная, системная школа на пике входит в полосу больших перемен: сначала амбициозная попытка переписать математику «по-новому», затем её разворот назад, а после — застой и перестройка.
Для нашей линии сюжета здесь происходит тихий, но решающий сдвиг: заканчивается эпоха «одного учебника на десятилетия». На смену единому эталону приходит череда изданий и редакций — и школьная математика уже никогда не будет такой цельной, как при Киселёве.
На рубеже 1960–70-х под руководством А. И. Маркушевича и А. Н. Колмогорова школьную математику перестроили в духе «современной» (структурной) математики: теоретико-множественный язык, геометрические преобразования, векторы. Колмогоров сам написал курс геометрии (с Семеновичем, Нагибиным, Черкасовым).
Замысел был смелым, но изложение вышло формальным и трудным даже для учителей. В 1978 году курс признали неудовлетворительным и развернули назад. Но — и это ключ к главе — «назад» не означало «к Киселёву».
От Киселёва отошли ещё в 1956 году — за 14 лет до реформы (его сменил учебник Никитина). А векторов не было ни у Киселёва, ни у Никитина, ни у Погорелова образца 1969 года: они вошли в школу именно с реформой — и прочно угнездились. Так что «дореформенный Киселёв» — уже наполовину легенда о Золотом веке.
Киселёв (до 1956), затем Никитин. Единый автор, единый учебник на десятилетия. Евклидова ясность, доказательство в центре. Без векторов.
Колмогоров, Семенович, Нагибин, Черкасов (геометрия); алгебра и начала анализа — под ред. Колмогорова; куратор — Маркушевич. Множества, преобразования, векторы, строгие определения.
Погорелов и Атанасян (геометрия); алгебра — коллектив под ред. Теляковского. Доступность вернулась — но векторы, координаты и преобразования остались.
Векторы и координатный метод — современный и сильный инструмент, прочно вошедший в школу.
Возврат к доступности и преподаваемости после реформенного формализма.
Несколько параллельных линий учебников вместо одной — формально больше выбора.
Единого эталона «на десятилетия» и его цельности — закончилась эпоха одного учебника.
Киселёвской ясности и чистой Евклидовой линии — к ним так и не вернулись (хотя В. И. Арнольд в 2009-м прямо призывал вернуть Киселёва).
Цельной авторской интонации: на смену одному уму пришёл коллектив под редактором.
Откат 1978 года часто описывают как «возвращение к норме». Но реформа сдвинула саму точку отсчёта, и вернуться к прежнему стало невозможно сразу по нескольким причинам.
Именно поэтому дальше так вырос спрос на «второй контур» — задачники и факультативы Школы Шарыгина: массовый послереформенный учебник был компромиссом, и сильному ученику его уже не хватало.
Системность и великие умы, на которых стояла школа до позднего СССР.
→ откуда пришличитать → Глава V · корпус«Второй контур», ставший необходимым именно из-за послереформенного компромисса.
→ билет в МГУ и МАРХИчитать → ↩ серияОглавление «Сто лет школьной математики»: все главы.
→ вся хронологияоткрыть →